Сегодня речь пойдет об одной из наиболее интересных и, пожалуй, наиболее амбициозных российских виноделен. Причём интересна она мне не столько именами владельцев или высокими оценками вин, сколько самим подходом к виноделию. «Галицкий & Галицкий» — проект, в котором сначала долго и тщательно занимались землёй, виноградниками и подбором сортов, а уже потом начали думать обо всём остальном. В отличие от многих российских хозяйств, здесь не стали начинать со строительства роскошного замка, ресторана и дегустационных залов. Начали с винограда.
Проект Сергея Галицкого и Сергея Галицкого-младшего был основан в 2016 году, хотя история самих виноградников началась раньше. Первые посадки на этих территориях появились ещё в 2010 году, при предыдущих владельцах. Виноградники находятся неподалёку от станицы Гостагаевской, на границе природного заказника «Красная Горка», примерно в десяти километрах от Чёрного моря. Это довольно необычный для Кубани терруар. Высоты порядка 250-320 метров, сложный холмистый рельеф, многочисленные склоны разной экспозиции, известняки, мергели, глинистые и каменистые почвы. Близость моря сочетается здесь с заметным влиянием высоты и лесных массивов, благодаря чему температурный режим существенно отличается от прибрежных виноградников.
Общая площадь владений составляет около 200 гектаров, из которых 68,5 гектара были заняты плодоносящими виноградниками. Причём хозяйство долгое время перерабатывало самостоятельно лишь около двух третей урожая, продавая остальное другим виноделам, преимущественно Каберне Совиньон и Рислинг. И это тоже довольно характерный штрих: задача непременно превратить весь собранный виноград в собственное вино здесь, похоже, никогда не стояла.

Но самое интересное для меня заключается в другом. «Галицкий & Галицкий» стали одними из первых российских хозяйств, которые начали последовательно выделять отдельные виноградные участки, рассматривая их не просто как производственные площади, а как самостоятельные терруары. Лысая гора, Васюрин Бугор, Скумпийка, Джавага — по сведениям хозяйства, эти названия существовали ещё в XIX веке. Сегодня они постепенно появляются на винных этикетках, обозначая происхождение конкретного винограда. По существу, это попытка выстроить собственную систему отдельных виноградников по образцу европейских крю, где значение имеет не только сорт, но и совершенно конкретный склон.
Сортовой состав здесь соответствующий. Шардоне, Совиньон Блан, Рислинг Рейнский, Пино Нуар, Мерло и Каберне Совиньон соседствуют с гораздо менее привычными для России итальянскими Неббиоло и Барберой, а также донскими Красностопом Золотовским и Цимлянским Чёрным. Особенно любопытен Неббиоло, для которого выделили небольшой участок площадью 0,85 гектара на западном склоне Лысой горы. Первые лозы посадили в 2017 году. Выращивание этого капризного пьемонтского сорта на Кубани само по себе эксперимент, и результаты уже заслуживают внимания.

Главный винодел и руководитель проекта — Алексей Толстой, человек, которого я знаю лично и к которому отношусь с большим уважением. До прихода в «Галицкий & Галицкий» он работал в «Усадьбе Дивноморское», участвовал в создании «Усадьбы Маркотх». Алексей — один из тех виноделов, которым действительно интересно всё происходящее с вином, от состояния виноградника до едва заметных изменений во время бочковой выдержки. Мне однажды довелось дегустировать с ним вина непосредственно из бочек, вдвоём, и это было совершенно замечательное общение. О каждом образце Алексей мог рассказывать часами, объясняя, что происходило с виноградом, как шло брожение, почему было принято то или иное решение. При этом за всей этой увлечённостью чувствовалось очень точное понимание самого вина.

Производство расположено в станице Варениковской. Это совершенно рабочая винодельня, без особенного туристического антуража, зато с хорошим современным оборудованием. Ручной сбор, тщательная сортировка винограда, работа с нержавеющей сталью, большими дубовыми бочками и классическими барриками. В хозяйстве используются разные варианты дубовой выдержки, включая французский и славонский дуб. Для отдельных вин применяются и более необычные решения: например, Шардоне «Акация» выдерживают с использованием древесины акации, а Каберне Совиньон Appassimento делают из частично подвяленного винограда.
Ассортимент довольно большой. Помимо моносортовых белых и красных вин выпускаются ассамбляжи, розовые, сладкие вина и, с конца 2024 года, игристые классического метода. Особого упоминания заслуживает Le Général Hiver, сладкое вино из стопроцентного Рислинга, изготовленное из винограда, замёрзшего непосредственно на лозе. Для Краснодарского края производство настоящего айсвайна — задача нетривиальная, требующая весьма специфического сочетания погодных условий.

Но самым известным вином хозяйства, безусловно, остаётся Cosaque, или «Казак». Это красный ассамбляж, в котором привычные европейские сорта соединяются с российскими автохтонами. Например, в урожае 2020 года использовались Каберне Совиньон, Мерло, Цимлянский Чёрный, Сира и Красностоп Золотовский. Сама идея не новая: ещё Франк Дюснер экспериментировал с подобными сочетаниями в «Шато ле Гран Восток». Но именно «Галицкий & Галицкий» довели эту концепцию до уровня одного из наиболее высоко оцениваемых российских красных вин.
В «Гиде по российским винам» Артура Саркисяна Cosaque Magnum 2020 получил 94 балла. Столько же у Le Général Hiver 2022, а Каберне Совиньон Appassimento 2020 оценён в 92 балла. Это очень высокие результаты, причём не одного случайно удачного образца, а нескольких совершенно разных по стилю вин. На Vivino Cosaque также имеет среднюю оценку порядка 4,3 при нескольких тысячах оценок, что для российского вина весьма солидный показатель.

Сам я пробовал «Казака» неоднократно и должен заметить, что это вино совершенно определённо требует выдержки. Даже урожай 2020 года при моих последних знакомствах с ним выглядел чрезвычайно мощным и молодым. На мой взгляд, ему требовалось ещё как минимум три-четыре года бутылочного развития. Другое дело, что при существующем спросе значительная часть этих бутылок до такого возраста просто не доживёт: их выпьют гораздо раньше.
Вообще, «Галицкий & Галицкий» мне симпатичны именно своей последовательностью. Здесь есть деньги, есть серьёзные амбиции, но, что гораздо важнее, есть понимание того, ради чего всё это делается. И есть человек, способный превратить возможности виноградника в интересное вино. Мне кажется, что дальнейшее развитие отдельных участков, работа с возрастом лоз и накопление опыта разных урожаев могут дать этому хозяйству гораздо больше, чем любые новые здания или маркетинговые достижения.