1 ноября отмечается Международный день Ксиномавро, одного из самых интересных, сложных и, пожалуй, недооценённых красных сортов винограда в Европе. Праздник относительно молодой. Его учредила в 2019 году ассоциация виноделов Северной Греции, выбрав дату, приблизительно совпадающую с завершением сбора урожая этого поздносозревающего сорта. В нынешнем году в Салониках по этому поводу устраивают специальную дегустацию более тридцати вин, а отдельные хозяйства проводят собственные мероприятия.
С Ксиномавро я познакомился достаточно давно, ещё в те времена, когда в России регулярно проходили греческие винные салоны. Регионы Науса и Аминдеон часто присылали свои вина и представителей виноделен, так что возможности попробовать этот сорт в самых разных исполнениях были довольно широкими. И уже тогда мне стало понятно, что передо мной совершенно особенный виноград, с которым непросто иметь дело и виноделу, и дегустатору.

Название Ксиномавро, Ξινόμαυρο, буквально означает «кислый чёрный». ElfhtybИ первая часть названия здесь гораздо точнее второй. Кислотность у сорта действительно высокая, а вот окраска вина зачастую довольно светлая, с относительно невысокой интенсивностью цвета. При этом за внешней прозрачностью скрываются плотные, мощные, порой просто несгибаемые танины. Ксиномавро умеет выглядеть значительно легче, чем ощущается во рту.
В этом отношении его часто сравнивают с итальянским Неббиоло, а производимые из него вина с бароло и барбареско. На мой взгляд, ближе всё-таки бароло, особенно традиционное. Та же способность сочетать сравнительно светлую окраску с мощной танинной структурой, та же высокая кислотность, то же требование долгой выдержки и совершенно непростые отношения с возрастом. Молодой Ксиномавро бывает упрямым, резким, дерзким, иногда почти недружелюбным. Он словно не собирается никому нравиться и уж тем более не намерен ради этого меняться.

Однако ароматически это совсем другой мир. У молодого Ксиномавро встречаются вишня, клюква, красные ягоды, цветочные и травяные оттенки, нередко оливки и характерная томатная нота. С возрастом фруктов становится меньше, танины постепенно сглаживаются, вино округляется, появляются совершенно замечательные ароматы вяленых томатов, сырояленого мяса, кожи, сушёных трав, табака. Где-то на заднем плане остаётся немного вишни, а у особенно удачных образцов формируется очень тонкая, сложная, почти невесомая ароматическая композиция.
При этом сорт не слишком прощает ошибки. Ему необходимы достаточно полная фенольная зрелость, аккуратная экстракция и терпение. Недозревший Ксиномавро бывает жёстким и травянистым, излишне экстрагированный превращается в довольно грубое вино с массивными танинами. Хороший Ксиномавро способен развиваться двадцать лет и дольше, однако современные виноделы всё чаще делают и более доступные, фруктовые версии, которые совершенно необязательно выдерживать десятилетиями.

Главная историческая родина Ксиномавро находится на севере Греции, в Западной и Центральной Македонии. Прежде всего это Науса, на склонах горного массива Вермион, и Аминдеон, более прохладная высокогорная область с виноградниками на высотах примерно 580–700 метров. Науса обычно даёт более структурные, строгие и мощные вина. Аминдеон нередко демонстрирует более тонкую фруктовость, свежесть и изящество. Впрочем, различия между отдельными виноградниками и производителями иногда оказываются не менее значительными, чем различия между регионами.
Из Ксиномавро делают не только красные вина. В Аминдеоне давно производят розовые, в том числе игристые, а в последние годы получают всё большее распространение белые вина из чёрного винограда. Сорт гораздо многограннее, чем можно предположить по классической бутылке выдержанной красной Наусы.
И всё-таки к огромному сожалению, вина Наусы и Аминдеона очень мало известны в России, да и в мире в целом их знают далеко не так хорошо, как они того заслуживают. Причин здесь несколько, и первая из них вполне объективна: сравнительно небольшие объёмы производства.

По данным греческих винных организаций, в Наусе под Ксиномавро занято около 500 гектаров виноградников. В Аминдеоне площадь виноградников зоны составляет примерно 750 гектаров, причём, согласно исследованию, опубликованному в 2026 году, на Ксиномавро приходится около 700 гектаров. Во всей Греции сорт занимает примерно 2150–2200 гектаров. Для сравнения, площади Неббиоло в Италии превышают 6000 гектаров. И хотя прямое сравнение этих цифр не позволяет оценить количество готового вина, масштаб различий вполне понятен.
При этом отдельные хозяйства Наусы совсем невелики. Например, винодельня Kokkinos выпускает порядка 20–25 тысяч бутылок в год, а семейное хозяйство Foundi располагает всего пятью гектарами виноградников. Здесь, конечно, совершенно другие возможности сбыта и маркетинга, чем у крупных итальянских производителей. Достоверной единой статистики именно по годовому выпуску вин Наусы и Аминдеона в бутылках я не нашёл, поэтому пересчитывать площадь виноградников в якобы точный объём производства не стану.

Впрочем, небольшие объёмы только часть истории. Другая часть заключается в том, что греки, на мой взгляд, довольно слабо занимаются систематическим продвижением своих вин за пределами страны. Во времена, когда на подобные мероприятия выделялись европейские средства, греческие салоны регулярно проходили в России, приглашались журналисты, торговые представители, организовывались дегустации и поездки. Потом эта активность заметно сократилась. При этом у самих производителей зачастую нет ни финансовых возможностей, ни большого желания самостоятельно заниматься международным маркетингом.
Есть и ещё одна весьма своеобразная особенность. Греки, особенно представители старшего поколения, бывают настолько грекоцентричны, что другие языки для них просто не существуют. И речь не только о разговорном общении. У небольших виноделен иногда отсутствуют полноценные сайты на английском языке, не говоря уже о других языках. Современные системы автоматического перевода, конечно, отчасти решают эту проблему. Но лишь для человека, который уже знает, что именно он ищет, и очень хочет получить информацию. В продвижении вина они помогают куда меньше. Чтобы кто-то захотел прочитать о вашем вине, он сначала должен хотя бы узнать о его существовании.

Я до сих пор с совершенно ярким впечатлением вспоминаю одну из поездок в Наусу. На встрече с местными виноделами мы познакомились с владельцем небольшой винодельни Foundi и его дочерью. Дочь общалась с нами, отвечала на вопросы, рассказывала о винах. А рядом стоял пожилой греческий дедушка с совершенно удивлённым выражением лица. Казалось, он искренне недоумевал: кто все эти люди, почему они задают столько вопросов, что вообще здесь происходит и какое отношение всё это имеет к его привычной жизни?
И при этом он делал совершенно фантастические вина. Тонкие, изящные, стильные, удивительно красивые, с великолепным потенциалом выдержки. Никакого стремления поразить мощью, никакой демонстративной технологичности. Очень традиционный, даже несколько старомодный подход, но результат был замечательный.

Собственно, это был Николаос Фунтис, человек весьма известный в самой Наусе. В 1982 году он основал местный винодельческий кооператив, а в 1992-м создал собственное хозяйство. Семейные виноградники появились ещё в 1930-х годах. Сегодня семейное дело продолжает его дочь Георгия с мужем. Любопытно, что британский импортёр этих вин рассказывает, как в 2015 году Николаос открыл бутылку урожая 1996 года, которая находилась в прекрасной форме. Ничуть не удивительно. Я прекрасно представляю, на что способны такие вина после двух десятилетий выдержки.
И вот так, в некотором смысле, устроен весь регион. Конечно, есть крупные, известные и вполне современные хозяйства, такие как Kir-Yianni, Alpha Estate, Boutari. Есть новое поколение виноделов, которое гораздо активнее работает с экспортом и иностранными журналистами. Но остаётся огромное количество небольших производителей, делающих очень интересные вина, о существовании которых за пределами Греции практически никто не подозревает.

Между тем международное признание у Ксиномавро всё-таки есть. Причём вполне серьёзное. Буквально 30 октября журнал Decanter опубликовал к Международному дню Ксиномавро подборку десяти отмеченных наградами вин по результатам Decanter World Wine Awards 2026. Это не абсолютный мировой рейтинг всех вин сорта, а именно выборка участников одного из крупнейших международных винных конкурсов. Но оценки весьма показательны.
* Alpha Estate Single Vineyard Hedgehog 2023, Аминдеон 95/100
* Mikro Ktima Titos 2022, Гумениса 95/100
* Noema Xinomavro 2023, Аминдеон 93/100
* Amyntas Xinomavro 2022, Аминдеон 92/100
* Kir-Yianni Cuvée Villages 2023, Науса 92/100
* Argatia Xinomavro 2020, Науса 91/100
* Boutari Legacy 1879 Xinomavro 2020, Науса 91/100

Особенно любопытно, что у Alpha Estate Hedgehog 2023 дегустаторы отметили именно те характерные для сорта оттенки, о которых я говорил выше: орегано, вяленые томаты, травы и летние фрукты. У Argatia 2020 отмечены тёмная вишня, печёные томаты, дымные и мясные ноты. Причём всё это не в результате многолетнего хранения, а уже в относительно молодых винах.
Конечно, высокие конкурсные оценки сами по себе не делают сорт великим. Но Ксиномавро прекрасно показывает, насколько ограничен привычный международный ассортимент винного мира. Есть Неббиоло, есть Пино Нуар, есть Санджовезе, а рядом с ними существует греческий сорт, способный давать вина сопоставимой сложности, с совершенно самостоятельным характером и великолепным потенциалом выдержки. Причём зачастую за значительно меньшие деньги.
И когда я вспоминаю того пожилого греческого винодела, стоявшего рядом с дочерью и явно не понимавшего, зачем иностранцам понадобилось столько расспрашивать о его винах, мне кажется, что в этой сцене заключена изрядная часть истории Ксиномавро. Совершенно замечательное вино, которое пока ещё слишком редко оказывается перед теми, кто способен его оценить.